«Котлован», краткое содержание


Вощев — главный герой повести. Фамилия персонажа ассоциативно связана со словами «общий», «тщетный», «воск». Повесть начинается с того, что Вощев в день тридцатилетия увольняют с механического завода за его «задумчивость среди общего темпа труда»: он размышлял о «плане всеобщей жизни» в надежде «выдумать что-нибудь вроде счастья».

Отправившись странствовать, Вощев приходит в город, до вечера бродит по нему, а ночью засыпает на пустыре; однако сто будит косарь, расчищающий площадку для нового строительства, и по его совету Вощев идет в барак к рабочим, а утром вместе с ними отправляется копать котлован.

Поработав несколько дней, герой вновь тоскует и говорит землекопам: «Говорили, что все на свете знаете, а сами только землю роете и спите! Лучше я от вас уйду — буду ходить по колхозам побираться: все равно мне без истины стыдно жить». Он думает: «Лучше б я комаром родился: у него судьба быстротечна». Постепенно Вощев «от истощения тяжелым трудом» смиряется с тоской. Глядя на приведенную Чиклиным девочку-сироту Настю, Вощев надеется, что «это слабое тело, покинутое без родства среди людей, почувствует когда-нибудь согревающий поток смысла жизни, и ум ее увидит время, подобное первому исконному дню».

Через некоторое время Вощев уходит со строительства в деревню, «скрывается в одну открытую дорогу»; вскоре возвращается, принося весть об убийстве Сафронова и Козлова, отправившихся для организации колхоза. Потом вместе с Чиклиным вновь отправляется в деревню. Ночуя вместе с Чиклиным, Вощев говорит ему: «Мне страшна сердечная озадачен ность. Мне все кажется, что вдалеке есть что-то особенное или роскошный предмет, и я печально живу». После раскулачивания Вощев собирает по деревне «все нищие, отвергнутые предметы, всю мелочь безвестности и всякое беспамятство — для социалистического отмщения со скупостью копил в мешок вещественные остатки потерянных людей». После того как Чиклин убивает Активиста (т.е. председателя колхоза), Вощев остается вместо него; он говорит крестьянам: «Теперь я буду за вас горевать!» Однако через некоторое время Вощев и «весь колхоз» являются на котлован: по словам героя, «мужики в пролетариат хотят зачисляться». Увидев мертвую Настю, Вощев не понимает, «зачем ему теперь нужен смысл жизни и истина всемирного происхождения, если нет маленького, верного человека, в котором истина стала бы радостью и движением».

Жачев — безногий калека, инвалид первой мировой войны, передвигающийся на тележке. «Зубов у инвалида не было никаких, он их сработал начисто на пищу, зато наел громадное лицо и тучный остаток туловища; его коричневые, скупо отвернутые глаза наблюдали посторонний для них мир с жадностью обездоленности, с тоской скопившейся страсти». Персонаж отличается крайней агрессивностью, основанной на «классовой ненависти». Жачев еженедельно отправляется к Пашкину, «дабы получить от него свою долю жизни» — т. е. некоторое количество продуктов. Однако полученные продукты сам Жачев не употребляет (сливочным маслом, например, смазывает колеса своей тележки): «он нарочно стравливал продукт, чтобы лишняя сила не прибавлялась в буржуазное тело, а сам не желал питаться этим зажиточным веществом». От Пашкина Жачев направляется к Чиклину, ибо соскучился по нему; говорит, что хотел бы сжечь город, ибо его, Жачева, нахождение сволочи мучает». Когда ночью в барак к рабочим приходит тоскующий в одиночестве Прушевский, Жачев в качестве утешения предлагает ему «буржуйской пищи». Герой уверен, что новое общество надо строить лишь для детей. Увидев приведенную Чиклиным девочку, Жачев решает, что «как только эта девочка и ей подобные дети мало-мало возмужают, то он кончит всех больших жителей своей местности, убьет когда-нибудь вскоре всю их массу, оставив в живых лишь пролетарское младенчество и чистое сиротство». Жачев начинает возить Настю в детский сад. Когда Прушевский отправляется в колхоз к Чиклину и Вощеву, Жачев вместе с Настей отправляется вместе с ним. По поручению Чиклина Жачев «ликвидирует кулаков в даль» отправляет их по реке на плоту. Позже, во время безостановочной автоматической пляски колхозников, Жачев останавливает их, по очереди опрокидывая на землю, как механических кукол. Когда Настя простужается и заболевает, Жачев вместе с Чиклиным доставляют ее на котлован. Когда девочка умирает, Жачев говорит Чиклину, что теперь не верит в коммунизм: «…я урод империализма, а коммунизм — это детское дело, за то я и Настю любил… Пойду сейчас па прощанье товарища Пашкина убью. И Жачев уползает в город, более уже никогда не возвратившись на котлован».

Пашкин Лев Ильич — советский чиновник-бюрократ, председатель окрпрофсовета. В имени и отчестве персонажа комично сочетаются ассоциации одновременно с Троцким и Лениным. Явившись на строительство, Пашкин упрекает землекопов за то, что «темп тих»; позже присылает дополнительную партию рабочих, набранную из случайных людей. Пашкин приезжает на строительство через день — сперва верхом, затем на автомобиле. Благодаря его бюрократической «заботе», в бараке землекопов установлен «радиорупор, чтобы во время отдыха каждый мог приобретать смысл классовой борьбы из трубы». Когда отстающий землекоп Козлов делает общественную карьеру и превращается в профсоюзного чиновника, Пашкин сам привозит его на котлован в автомобиле. Пашкин предлагает мастеровым отправиться в деревню для борьбы с кулачеством и проведения коллективизации. Когда котлован, вырытый по предварительному проекту, готов, Пашкин докладывает «главному революционеру в городе», что запроектированный дом мал и не вместит всех пролетариев; «главный» распоряжается, чтобы котлован был расширен вчетверо, но Пашкин по собственной инициативе приказывает увеличить его в шесть раз. Инженера Прушевского Пашкин также направляет в колхоз. В конце повести Жачев, терроризировавший Пашкина, высказывает намерение убить его, однако судьба Пашкина остается неизвестной.

Прушевский — инженер, производитель работ; о герое говорится, что это «не старый, но седой от счета природы человек». Он сам «выдумал» идею «общепролетарского дома» и руководит его строительством: по его проекту «через год весь местный класс пролетариата выйдет из мелкоимуществснного города и займет для жизни монументальный новый дом»; однако Прушевский не в состоянии «предчувствовать устройство души поселенцев общего дома». Герой давно ощущает, что достиг предела понимания «этого» мира, и поэтому постоянно предается размышлениям о смерти. Вечером, сидя в одиночестве в канцелярии, Прушевский вспоминает, как «когда-то, в такой же вечер, мимо дома его детства прошла девушка, и он не мог вспомнить ни ее лица, ни года того события, но с тех пор всматривался во все женские лица и ни в одном из них не узнавал той, которая, исчезнув, все же была его единственной подругой». Ночью Прушевский от тоски одиночества приходит в барак к рабочим: «Мне дома стало грустно и страшно». Потом ложится спать на место бодрствующего Чиклина, которому рассказал о некогда встреченной им девушке. Чиклин приводит Прушевского к мертвому телу умершей дочери бывшего хозяина завода, утверждая, что она и была той самой девушкой. Позже, гуляя в поле, Прушевский видит на горизонте (неясно, наяву или нет) белый светящийся город. Придя после этого в канцелярию, он садится «за составление проекта своей смерти». Однако в это время Чиклин приводит мужика, который просит вернуть его деревне впрок заготовленные и спрятанные в земле гробы, которые были найдены землекопами. Прушевский приказывает вернуть гробы. Получив от Пашкина приказание увеличить котлован вшестеро по сравнению с первоначальным проектом, Прушевский направляется на строительство, однако выясняется, что Чиклин уехал в деревню. Позже Прушевский пишет ему письмо, сообщая, что Настя ходит в детский сад, а сам он скучает по Чиклину. По распоряжению Пашкина Прушевский отправляется в колхоз; вместе с ним отправляются Жачев и Настя. В колхозе Прушевский также чувствует себя одиноким: «Он не знал, зачем его прислали в эту деревню, как ему жить забытым среди массы, и решил точно назначить день окончания своего пребывания на земле». Однако к нему обращается одна из деревенских девушек, идущих в избу-читальню, и Прушевский идет с ними, чтобы учить их. Вернуться на котлован он отказывается.

Сафронов — один из мастеровых, изначально отличающийся склонностью к абстрактным и поучительным рассуждениям (ср. его «вежливо-сознательное лицо» «с улыбкой загадочного разума»). Как и другим героям повести, Сафронову знакомы сомнения в перспективности преобразовательных усилий перед лицом «всемирной невзрачности», однако они вытесняются рационально-бюрократическим мировоззрением. Прощаясь с Козловым, решившим делать карьеру по общественной линии, Сафронов говорит ему: «Ты теперь как передовой ангел от рабочего состава, ввиду вознесения его в служебные учреждения». Сафронов предлагает установить в бараке радио «для заслушания достижений и директив» — впрочем, соглашается и на предложение Жачева привести вместо радио девочку-сиротку: «Доставь нам на своем транспорте эту жалобную девочку — мы от ее мелодичного вида начнем тоже согласованно жить». И Сафронов остановился перед всеми в положении вождя ликбеза и просвещения, а затем прошелся убежденной походкой и сделал активно мыслящее лицо». Герой неоднократно выступает с казенно-оптимистическими сентенциями; в частности, он заявляет: «Мы должны бросить каждого в рассол социализма, чтоб с него слезла шкура капитализма и сердце обратило внимание на жар жизни вокруг костра классовой борьбы и произошел бы энтузиазм!» В репликах Сафронова различимы отголоски расхожих политических лозунгов — о «ликвидации кулачества как класса», «обострении классовой борьбы» и т. п. Вместе с Козловым, превратившимся в профсоюзного активиста, Сафронов отправляется в деревню для помощи в организации колхоза (аналогия с движением «двадцатипятитысячников»); оба они убиты «кулаками».

Чиклин Никита — пожилой рабочий, старший артели землекопов. Труд — основа жизни Чиклина; он склонен продолжать работу даже после того, как рабочий день кончается. Герой одинок; ночью он вспоминает, как «в старое время», когда он работал на кафельно-изразцовом заводе, «дочь хозяина его однажды моментально поцеловала». Когда Прушевский рассказывает Чиклину о девушке, встреченной однажды в юности, Никита сразу догадывается, что это была «дочь кафельщика», и говорит: «У нас с тобой был один и тот же женский человек». Чтобы излечить Прушевского от тоски, Никита намеревается найти и привести эту женщину; он идет на заброшенный кафельный завод, где в одном из помещений старого здания действительно находит ее лежащей на полу. Вскоре она умирает, а ее дочь Настю Чиклин приводит в барак к строителям.

Он ведет Прушевского посмотреть на останки некогда встреченной девушки, после чего заваливает дверь помещения, где она лежит, кирпичом и камнями, поясняя Прушевскому: «Мертвые тоже люди». Когда землекопы находят в овраге сто пустых гробов, спрятанных крестьянами впрок, Чиклин забирает два из них для девочки: один в качестве кровати, другой — для игр, в качестве «красного уголка». Когда Вощев прибывает из деревни с известием об убийстве Сафронова и Козлова, Чиклин, захватив два гроба, вместе с Вощевым отправляется в колхоз. Ночь он проводит в сельсовете рядом с телами убитых, потом ложится спать между ними. Утром, обращаясь к убитым, Никита говорит: «Пускай хоть весь класс умрет — так я один за него останусь и сделаю всю его задачу на свете! Все равно жить для самого себя я не знаю как!..» Чиклин убивает мужика, который не может ответить ему на вопрос, кто убил Сафронова и Козлова. На следующий день Чиклин вместе с Вощевым отправляется по деревне «искать мертвый инвентарь, чтобы увидеть его годность», посещает несколько крестьянских изб и избу-читальню. Затем он заходит в церковь, чтобы прикурить трубку от свечи, и встречает попа-расстригу, доносящего на тех, кто приходит помолиться; узнав об этом, Чиклин бьет его в лицо. Во время собрания крестьян Чиклин вместе с Вощевым строит плот для «высылки» кулаков (он будет достроен Жачевым и Прушевским). Вместе с Настей и «самым угнетенным кулаком» — медведем-молотобойцем — Чиклин проводит раскулачивание. Позднее, узнав, что медведь в кузнице продолжает работать ночью, Чиклин идет туда, чтобы помочь ему. Поняв, что Настя заболела, Чиклин собирает для нее теплую одежду и укутывает. Когда Активист (т. е. председатель колхоза) забирает свой пиджак, которым укрыта Настя, Чиклин одним ударом убивает его. Затем вместе с Жачевым, Настей и крестьянином Елисеем он возвращается на котлован. В жару Настя просит принести ей «мамины кости», и Чиклин выполняет ее просьбу. Настя целует Чиклина — так же внезапно, как некогда это сделала ее покойная мать, когда была девушкой. Ночью Настя умирает. Поскольку из деревни пришел в полном составе «весь колхоз» во главе с Вощевым, Чиклин решает, что котлован должен быть еще шире и глубже: «Пускай в наш дом влезет всякий человек из барака и глиняной избы». Он работает до ночи и всю ночь, а в полдень начинает копать и долбить «в вечном камне» могилу для Насти, где хоронит ее один.